vagabondgirl: (Гималаи)


Катманду – Лукла – Пхакдинг


            За завтраком добродушный немолодой японец радовался, едва не пустившись в пляс, узнав, что я русская. «Русси́я, Русси́я!» – повторял он и широко улыбался. Иногда вот встретишь человека – кажется, персонажа совсем второстепенного участия в той или этой истории, а чувствуешь, как через него стенографирует мироздание, донося лишь одному тебе понятные в тот момент сигналы. Вряд ли я смогла бы кому-нибудь объяснить, как работает этот тонкий механизм, но за покрытым клеёнкой столом трапезной "Мэдхубана" меня оставила всякая мысль о том, что сегодня могу опять не улететь.
            Аэропорт, куда я прибыла часам к восьми, встречал плакатом "Flights delayed due to Lukla weather". Только теперь он не просто висел над стойкой регистрации рейсов, а выглядел намертво приклеенным к ней скотчем – будто предостерегал желающих улететь в Луклу от случайных оптимистических надежд.
            Полезла в интернет проверять погоду – действие бессмысленное, в общем-то, потому что глобальные предсказания для Луклы не распространяются на сумасбродные маневры отдельных групп облаков. Метеорологические сайты единодушно сообщали о ясном небе и солнце над Луклой – впрочем, как и вчера; а вот на следующие дни прогноз уверенно сулил не только облачность, но и сильные снегопады.
            Я сидела и медитировала на табличку с информацией о задержке рейсов, успокаивая сознание и мысленно перекраивая свой маршрут в применении к тому или иному развитию погодной ситуации. Тем временем жизнь в аэропорту кипела: треккеры рейс за рейсом улетали к Аннапурне в Покхару, непальцы – в Кханиданду и Биратнагар; и только воздушное окно в Сагарматху оставалось закрытым.
            Существует наземная альтернатива сорокаминутному полёту в Луклу – именно так начинали свой долгий путь к Эвересту со стороны Непала альпинистские экспедиции до середины шестидесятых годов прошлого века, пока не был построен высокогорный аэропорт. Нужно часов десять ехать на автобусе или джипе из Катманду на восток – пока есть дорога, а потом ещё дней шесть идти пешком, шагая вверх и вниз по двух-трёхкилометровым холмам, любуясь пасторальной красотой окружающих пейзажей, наблюдая самобытные картины жизни нетуристических деревень и дополнительно прокачивая своё физическое тело перед предстоящими нагрузками на бо́льших высотах. Такое начало было бы идеальным, имей я возможность удлинить свою поездку ещё на неделю.
            Разговорилась с одним из непальских гидов. Он сказал, что сопровождает группу американцев и они, совсем не имея резерва времени на ожидание, приняли решение лететь в Луклу вертолётом, и что я могу присоединиться к ним – на борту осталось два места. Учитывая, что цена короткого коммерческого полёта вертолётом почти соизмерима с той, которая была заплачена за билеты из Киева до Катманду и обратно, меня этот вариант не привлекал. На всякий случай взяв у непальца контакты хеликоптерного сервиса, я решила ещё какое-то время подождать.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ... )
vagabondgirl: (Гималаи)
Ранее:
День 1-ый и день 2-ой                         

                     
                                                         
                                                            Пытаюсь улететь в Луклу



          Сомневаться не приходилось: она была со мной. Она – это причудливая особенность организма настойчиво отказываться ночью спать накануне дней, которые требуют наибольшей остроты мышления или выносливости тела. Она не связана ни с лабильностью психики, ни с каким-то предположительным волнением. Просто существует нерушимый факт: если я считаю, что по какой-то причине мне следует хорошо выспаться, – как правило, жди бессонной ночи. В этот раз причина была: предстояло долететь до Луклы и пройти свой первый день трека.
          Я читала, потом выключала свет и пыталась заснуть, опять включала и читала, и снова безрезультатно пробовала уговорить организм хотя бы на пару часов сна. Долежала до половины седьмого и, одевшись, с вещами спустилась в гостиничный холл.
          Ребята, работники гестхауза, предложили позавтракать. Отказалась – не было аппетита. Но они всё равно налили мне чаю и дали тост с джемом, дополнительно переспросив, не поем ли я всё-таки ещё омлета или каши. Завтраки в «Мэдхубане» включены в цену за проживание, так что не желание что-то продать, как можно было бы подумать, двигало этими людьми, – просто им хотелось – это выглядело  очевидным – позаботиться о госте. Накануне вечером они для меня и такси заказывали – сами предложили, за пятьсот рупий, – вместо семисот, которые традиционно просят таксисты из Тамеля до аэропорта. Обычно я страдаю, если ощущаю повышенное к себе внимание, а непрошенные услуги меня сильно тяготят, но в данном случае ненавязчивая участливость была даже трогательна.
          Договорились, что в случае нелётной погоды вернусь к ним опять. Впрочем, обязательной необходимости бронировать номер не было: гостиницы стояли пустые – низкий сезон.

          Ещё до того, как я вошла в здание аэропорта внутренних авиалиний, почувствовала висевший в воздухе дух неразберихи. Хаотический фон, без которого немыслим Катманду, своё наиболее концентрированное состояние имеет здесь. Подняла глаза на табло вылетов – то, которое находится снаружи: информации о моём рейсе не было, а напротив номеров других рейсов до Луклы значилось "delayed".
          В Луклу летают самолёты почти всех местных перевозчиков, но только "Yeti airlines" (''Tara'' – их дочерняя авиакомпания) сумели организовать сервис продажи билетов онлайн. Правда, их спокойно можно покупать и в Катманду, в любом туристическом агентстве, – но места на самые ранние рейсы заканчиваются сильно заранее.
          Восемь тридцать, как у меня, – не самый удачный час для отлёта, – так называемая вторая, или даже третья волна. Это значит, что в случае нестабильной погоды шанс улететь в день, обозначенный в билете, терял шансы на существование: при прояснении небес первыми отправятся пассажиры рейсов на шесть утра, дальше – на семь, а потом облака могут слиться в непрозрачный монолит аж до самой темноты. Самолёты тут летают не по приборам – лётчики их ведут визуально, а вокруг – горы, между прочим; так что метеорологический вопрос в локальном воздушном пространстве животрепещет беспрерывно.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ... )
vagabondgirl: (Гималаи)


          "Всё божественное во мне соединяется со всем божественным в тебе!" – с улыбкой приветствует меня служащий пограничного контроля в аэропорту. Тоже ему улыбаюсь – кажется, я сейчас вообще всем улыбаюсь, – и отвечаю: "Намасте!"

          Шумное беспорядочное движение одетых в разномастные цветастые одежды людей, снующие между пешеходов беспрерывно сигналящие в разных тональностях машины и мотобайки – сумасшедший ритм, подчиняющийся правилам слаженной узорной гармонии хаоса, совсем не претендующей на то, чтобы быть понятной случайному наблюдателю.
          Бесконечные пёстрые лавки с пашминой, ритуальными фигурками, масками, браслетами, обильными поддельными треккерско-альпинистскими норсфейсами и мормотами освещают яркими нарядными пятнами вечерние улицы; за ароматической мешаниной из пряно-гвоздичного мыла, вялых фруктов, сырого мяса и повсеместно тлеющих ароматических палочек то и дело ловлю носом беспечную сладкую дымность конопли. Индуистские храмы, статуи, буддийские ступы, кучи мусора, медленно бредущие маленькие тощие коровы, костры, звучащие из пабов и клубов регги, блюз и метал, рестораны с живыми очагами посредине, сигналы звонких колокольчиков украшенных цветами и лентами повозок велорикшей...
          Я – снова в Катманду, три года спустя, и мне тут хорошо. Все картинки, запахи и звуки – предвестники начинающихся приключений: очень скоро катмандинская пыль сменится чистым снегом и прозрачным воздухом Гималайских гор, прекраснее которых, кажется, нет на этой Земле ничего.


                                                                          ДЕНЬ ПЕРВЫЙ, 21 декабря 2016
                                                                                         Киев-Катманду

          Мне известны бывалые люди, которые, пакуя рюкзак, взвешивают каждый предмет своего снаряжения, а потом вносят данные в таблицу Excel, пристально наблюдая за суммой значений весовых ячеек и ориентируя её на "норму" конкретного трека. Такой подход лежит выше порога моей скрупулёзности, поэтому, имея в виду более-менее точный вес каждой вещи, финальную тяжесть рюкзака я прикидывала в уме, намереваясь уложиться в закреплённые опытом свои комфортные походные двенадцать килограмм. Всё, что имело хоть малейший шанс оказаться лишним или даже просто не очень-очень нужным, было отстранено от участия в гималайской экспедиции. В итоге мой выстраданный минимум, поставленный на весы, составил 14 кг, без учёта фотокамеры и жидкости, которая будет на треке в термосе. Я точно понимала, что дополнительные два с лишним килограмма фотографических принадлежностей обрекут меня на гарантированные мучения – намного бо́льшие, чем те, что были определены как обязательные для преодоления. Не могу сказать, что совсем не колебалась – напротив, решение в пользу стограммового простейшего мыльнолюмикса младшего сына далось мне весьма тяжело. (Забегая вперёд, скажу, что ни разу об этом не пожалела, хотя у меня в результате и не вышло ни одной приличной фотографии.)

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ... )
Page generated 26 July 2017 06:43 pm
Powered by Dreamwidth Studios